Почтим память...

глава из книги “Столицы Армении”, сокращенный вариант

Сергей ВАРДАНЯН

Автор книги подробно, с многочисленными цитатами из воспоминаний очевидцев и прессы того времени, описывает ванскую резню, начавшуюся 3 июня 1896 года, самоотверженные действия национальных партий — Дашнакцутюн, Арменакан, Гнчак — объединивших свои ряды для защиты населения, девятидневную героическую оборону против многократно превосходящих турецко-курдских сил, соглашение об эвакуации фидаинов, заключенное при посредничестве иностранных консулов. По пути эвакуации ванские фидаины были вероломно окружены и погибли в последнем бою. Нарушив свои обязательства по прекращению погромов, турецкие власти возобновили их с новой силой не только в городе, но и в гаварах. Особенно мучительную смерть принимали армянские священники, поруганию и разграблению подвергались десятки старинных церквей и монастырей, осквернялись такие святыни, как могила величайшего средневекового поэта Григора Нарекаци.
Со следующих страниц книги Сергея Варданяна мы узнаем о тяжелом положении беженцев в Св.Эчмиадзине, о награде, присужденной султаном Абдул-Гамидом II непосредственному руководителю резни, заместителю главы Ванского вилайета Саадеддину-паше, о деятельности в Ване западных миссионеров, героическом Ахтамарском бое 1904 года армянских фидаинов во главе с Андраником...

...В начале двадцатого века в Ване насчитывалось около 55 тысяч жителей, армянское население всего вилайета составляло двести двадцать тысяч. Старый городской район Кахакамеч (“Центр города”) находился на равнине к югу от Ванской крепости, занимая площадь в 65 гектаров. Он был все еще окружен укрепленной, сильно обветшавшей стеной с четырьмя воротами. Через одни из ворот проходила дорога к Аванцу, к ванской пристани. В Аванце жили большей частью моряки, плававшие по родному Ванскому “морю”. Здесь насчитывалось около ста судов с белоснежными парусами, каждый из которых мог взять на борт до 40-50 пассажиров. Плавали по озеру и корабли большого водоизмещения. Ванский изобретатель и талантливый мастер А.Ишханян самостоятельно изготовил для одного из судов паровой двигатель. Еще в середине XIX века группа богатых армян из Полиса (Константинополя), намереваясь организовать в области добычу угля и перевозку его водным путем, получила от султана разрешение основать в Ване пароходную компанию. В Кахакамече находились государственные областные учреждения — резиденция главы епархии и главы городской администрации (с 1908 года эту должность занимал Ав. Терзибашян), школа Исусян-Шушанян, библиотеки-читальни “Айрикян” и “Аветисян”, церковь, школа и детский сад американских протестанских миссионеров, и, наконец, знаменитый ванский рынок. Всего в городе было семь церквей: из них церкви Сурб Ншан, Сурб Погос-Петрос, Сурб Аствацацин, Сурб Вардан и Сурб Циранавор были действующими, а Сурб Саак и Сурб Аракелоц, сожженные наряду с другими зданиями во время резни 1896 года, остались полуразрушенными.
С 1905 года вместе с другими борцами за свободу в Ване подпольно действовал Арам Манукян. Ему часто приходилось среди ночи или ранним утром перебираться из одного городского квартала в другой. В своем дневнике он описывает пение глашатая среди утренней тишины и сдавленный голос колотушки с треугольной дощечкой, созывающий прихожан на молитву. “В Турции нельзя использовать колокольный звон, созывая прихожан в христианскую церковь, поэтому бьют в колотушку, чей слабый звук не распространяется дальше одной улицы. Необычно то, что глашатай стучит в двери всех домов подряд и будит народ, приглашая на церковную службу. Для меня всего необычнее было его пение, сопровождающее стук колотушки. Как чудесно звучит церковная мелодия в ночной тиши, на густо обсаженных деревьями, темных улицах Айгестана, под аккомпанемент журчания воды в ручьях. Невольно проникаешься религиозным чувством. Чтобы подольше внимать песне, мы замедляем шаги. Бедняга глашатай нас не видит и не слышит звука шагов — настолько осторожно мы движемся”.
Ван был одним из торговых центров Западной Армении. Местные торговые компании имели своих представителей в странах Востока, в различных городах Османской и Российской империй, в Манчестере и Гамбурге. Они торговали многочисленными и высококачественными изделиями ванских мастеров и, по свидетельству журнала “Мурч”, даже знаменитыми белыми ванскими кошками.
Об энергичности ванцев рассказывали такую историю. Посещая армянские общины в разных странах представитель духовенства из Эчмиадзина везде встречал выходцев из Вана. Добравшись до Китая, встретил хромого армянина. Спросив откуда он, услышал в ответ, что тоже из Вана. Отсюда пословица, распространенная в народе: “Ванский хромой до Китая дойдет”.
Пригороды Вана в 15 раз превосходили по площади город, как таковой. Самым богатым и благоустроенным был район Айгестана. О роскошных пригородных беседках и садах писал известный востоковед, профессор Пьер Амедей Жобер, который по поручению Наполеона отправился с дипломатической миссией в Персию и посетил Ван на обратном пути в 1806 году: “Нет ничего приятнее, чем вид этих изобилующих фруктами мест, орошаемых многочисленными речками, осененных красивыми деревьями”. По некоторым исследованиям только в городских садах произрастало 70 сортов груш и 40 сортов яблок.
“Ванский Айгестан или Эгестан по местному выговору — это украшенное природой и руками человека благословенное место величественной красоты, — пишет урожденный ванец Гарегин Срвандзтянц. — Возле каждого дома есть тенистые деревья, сад, цветник. Перед домом по обочинам улицы протекают два ручья, их берега аккуратно засажены густолиственными ивами, местами попадаются тополь, осина, ясень, карагач. Разросшиеся кроны деревьев сплелись над улицей ветвями, образовали над головами прохожих чудесный полог, волнующийся от дуновения ветра. Солнечный свет, пробиваясь через него, рождает на земле тысячи колеблющихся звезд — так тихой ночью прохладный лунный свет играет при легком ветерке на водах Ванского моря.
...В те самые утренние минуты, когда громкий стук колотушки созывает жителей на молитву в церкви, во дворах хлопают крыльями и кукарекают петухи. Повсюду в домах все приходит в движение. Просыпаются малыши — кого-то мать кормит грудью, кого-то укачивают в колыбели, приговаривая “дар-дар”. Одна бабушка с помощью кресала и кремня зажигает лампу, другая надевает белую накидку, чтобы отправиться на службу в церковь. Хозяйка дома разводит огонь в тонире, запах свежего хлеба и вчерашнего ужина разносится по всему дому. Один квартал раздает прохожим на улице хлеб, второй — жертвенное мясо, третий — арису.
Из каждой двери выходит девушка или молодая невестка, подметает двор и часть улицы, брызгая водой на землю. Многие из них нанизывают на руки ряды браслетов, привезенных из Иерусалима, во время работы украшения позванивают удивительно гармонично. У ручьев по обочинам улиц собираются люди, омывают лица, шепчут молитвы и крестятся, обернувшись в сторону церкви...”
За двадцать лет мирной жизни Ван залечил свои раны, вновь стал одним из красивейших городов Западной Армении.

( Далее )

 

Интервью Ариэля Коэна о ситуации, создавшейся в результате "попытки" признания геноцида армян Соединенными Штатами...и... не только об этом

Здесь http://www.vesti.ru/video.html?vid=110928  

Справка: 

Ариэль Коэн — известный советолог, эксперт в области внешней политики, безопасности и международных отношений. Сферы его профессиональной экспертизы — экономическая и финансовая политика России, российско-американские отношения, проблемы добычи и транспортировки нефти в зоне Каспийского моря, этнические конфликты, а также отношения России со странами СНГ.

Ариэль Коэн — иммигрант из России (родился в Ялте). Жил в Израиле,

( Далее )